Журнал Живопись

ЖИВОПИСЬКУЛЬТУРАТАЛАНТЫ

Марк Ротко "№ 207 (Красный на темно-синем поверх темно-серого)"

Опубликовано 11 июня 2012 Juliabarminova

"Следовательно, наша работа, воплощающая наши убеждения, оскорбляет любого духовно настроенного на декорацию интерьера; на картины для дома; на картины поверх обоев; на картины с американскими видами, на социальную живопись; на чистоту в искусстве; на получающих премии халтурщиков; на Национальную академию, на Академию Витни, на Академию Корн Белт; на дешевку, дрянь и так далее и тому подобное".
Готтлиб, Ротко и Ньюман, 1943


Мне всегда нравилось выходить за рамки. Принятого, привычного, рутинного, обыкновенного.
Я всю жизнь от этого бегу.
Мне всегда нравилось смотреть шире. Шире репродукций художников-передвижников.
Нравилось формировать свой собственный вкус, чтобы в нем не было ничего навязанного извне, надуманного, поверхностного, чуждого.
Если мне нравится что-то, то крепко и надолго. В чужом искусстве я воспринимаю глубоко только то, что меня задело, изменило, потрясло.
Сегодня будет рассказ о художнике, который меня удивил более многих. Влюбил в себя, заставил нырнуть в свои картины и завесить ими большую часть внутреннего мира.




(Я покажу вам Марка Ротко, опубликовав картины которого, и, сказав "это круто", я не передам почему же это круто. Поэтому я пригласила на помощь книгу Якоба Бааля-Тешува "Ротко". Текст курсивом оттуда. Фотографии из музеев - Павла Отдельнова).
"Марк Ротко (1903 - 1970) принадлежит к тому поколению американских художников, которые совершили революцию в абстрактном искусстве, - они изменили сущность и сам вид этого искусства. Его стилистическая эволюция от фигуративной живописи к абстрактной лежит в активном взаимодействии зрителя и картины, в котором воплотился радикальный взгляд на возрождение живописи. Ротко охарактеризовал это взаимодействие как "завершенный опыт общения между картиной и наблюдателем. Нет ничего, что стоит между моим полотном и зрителем." Действительно, его цветовые формации буквально втягивают зрителя в пространство, наполненное внутренним цветом. И Ротко всегда сопротивлялся попыткам так или иначе интерпретировать его полотна. "Никакие комментарии не в состоянии объяснить живопись, - как-то заметил он. - Все объяснения должны исходить из завершенного опыта переживания между картиной и ее наблюдателем. Оценка искусства - это поистине бракосочетание интеллектов. И искусство - это бракосочетание, и если оно не завершается должным образом, тогда оно бесплодно." 
Что он писал? Можно ответить - все и ничего одновременно.
Нет формы, нет линий, нет предметов, нет теней, нет света... Есть только цвет. Идеальная по простоте и силе воздействия композиция. И, да, между его картинами и зрителем ничего не стоит. Это не портреты незнакомцев, не чужие города, не яблоки с персиками. Это нечто, что заставляет задуматься о том, как мы воспринимаем искусство живописи, и что ценим в нем. Сюжет? Мастерство владения красками? Раскрученное имя художника?
Представьте, что вы ничего не знаете про американский абстракционизм, не видели картин Поллока, Уорхола, Кандинского, Малевича. Не знаете, что работы Ротко продавались с аукционов за десятки миллионов долларов.
Забудьте все это и посмотрите... Чем вам это покажется?

После картин Ротко я пересмотрела все свое прежнее восприятие любого визуального искусства. Я поняла, что всегда есть то, что лежит на поверхности и то, что спрятано глубоко внутри.
Американский абстракционизм середины двадцатого века делился на два направления. "Живопись действия" - яркий представитель этого течения Джексон Поллок. Он стелил на пол огромные холсты и экспрессивно разбрызгивал краску. Для такой живописи важно как это создается, а не что получится в результате. Ротко был не живописцем действия, он принадлежал к течению абстрактного экспрессионизма, которое называлось "живопись цветовых полей", где основное эмоциональное воздействие в цвете.
Художники того времени активно спорили, как максимально эффектно порвать с живописью прошлых эпох. Придумать свои собственные техники и идеи.
Мне вот одно не понятно, почему, если они тогда порвали с ним, сейчас все вернулось к тем же прошлым эпохам? Точнее... Сейчас, конечно, есть все. И абстракционисты, модернисты, и кто-то продолжает идею разрыва с традиционной живописью, но все равно, мне кажется, классика побеждает (по-крайней мере в моей реальности).
Давайте посмотрим немножко картин и я продолжу.
Раннее.

Автопортрет. 




Период "ташизма".
(Википедия: "Ташизм (фр. Tachisme, от Tache — пятно) — течение в западноевропейском абстракционизме 1950—60-х годов, наибольшее распространение получившее в США. Представляет собой живопись пятнами, которые не воссоздают образов реальности, а выражают бессознательную активность художника. Мазки, линии и пятна в ташизме наносятся на холст быстрыми движениями руки без заранее обдуманного плана").



"Для Ротко "зрелый" стиль, ассоциирующийся с его именем, выходит за пределы чистой абстракции. Ротко, для которого "трагический опыт и есть единственный источник искусства", пытался превратить полотна в переживание трагедии и экстаза, основных составляющих бытия."




Он был русским евреем. До переезда в Нью-Йорк в 1923 году его звали Маркус Роткович. "Он перепробовал различные профессии, чтобы оплачивать комнату. По его словам, живописью он начал заниматься совершенно случайно, зайдя однажды к другу в Студенческой лиге искусств и видя, как студенты делали наброски с обнаженной натуры. "И я сразу понял, что в этом моя жизнь", - вспоминал он."


 
В 30 лет состоялась его первая персональная выставка. До этого он преподавал живопись деткам в нью-йоркской Школе искусств.
И дальше, благодаря большой популярности абстрактной живописи и его активной социальной позиции, Ротко быстро становится успешным художником. Его картины продаются все дороже и дороже, поступают крупные заказы. 
"Несмотря на растущий успех, Ротко часто чувствовал себя недооцененным и жаловался, что его неправильно понимают. Художника раздражала любая попытка интерпретировать работы. Он считал, что живописные формы обладают собственной жизнью, за пределами границ материального мира. "Мое искусство - это не абстракция. Оно живет и дышит", - говорит он. И как взгляд тонкого зрителя оживляет картину, так же он может ее и убить."
Ротко противился тому, что его считали абстракционистом. "Вы должны понять одну вещь. Я не абстракционист... Мне не интересны взаимоотношения цвета и формы или что-то в этом духе. Мне интересно только выражение основных человеческих эмоций - трагедии, экстаза, отчаяния и так далее. И тот факт, что многие люди вдруг теряют себя и раздражаются рыданиями перед моими картинами, означает, что я могу сообщаться с этими основными человеческими эмоциями... Люди, плачущие перед моими полотнами, переживают тот же религиозный трепет, что переживал я, когда рисовал их. А если вас, как вы говорите, тронули только колористические отношения, то вы упустили самое главное".







В 1958 году он получает огромный заказ на оформление росписями комнаты ресторана "Четыре сезона" в небоскребе, где располагались главные офисы компании по производству алкогольных напитков "Джозеф Е. Сигрем и сыновья". Ротко говорил, что взялся за проект для здания Сигрема в надежде "нарисовать что-то такое, что отобьет аппетит у каждого сукиного сына, которые будет есть в этой комнате. Если ресторан откажется повесить мои полотна, это будет лучшим комплиментом. Но они не откажутся. В наши дни люди могут все снести."
Эскизы для Сигрема:


Комната Марка Ротко в Галерее Тейт, Лондон. 

Работу для Сигрема Ротко так и не закончил. Разорвал контракт. Следующие его крупные работы были для Гарварда, Капеллы Ротко в Хьюстоне и комнаты в Галерее Тейт. 
Интерьер Капеллы Ротко.
Сегодня Марк Ротко занимает место одного из самых значительных живописцев искусства модерна второй половины ХХ века. Основной принцип - отказ от копирования природы - привел его к большеформатным, трепещущим полям цвета. Его работы великолепны своей пространственной глубиной и медитативной силой, которая побуждает зрителя вступать в диалог с ними. "Надо заставить зрителя войи полностью в произведение... и странствовать по его интерьерам", - писал коллекционер Бен Хеллер, который сказал, что его знакомство с живописью Ротко стало для него "самым непосредственным опытом переживания картины", какой он когда-то испытывал. "Как он смог, столь немногочисленным числом вариаций, положить начало дискуссиям между картиной и зрителем, на таком же личностном, прямом и глубоком уровне, как это возможно в камерной музыке? Как он смог всего несколькими комбинациями палитры из теплых и холодных, темных и светлых, сияющих и матовых, восторженных и меланхоличных цветов, вызвать четыре чувства, воссоздающих ширину, разнообразие, драму, глубину и панораму оркестровой музыки, которую он так любил? Кто сможет ответить на эти вопросы? Только сами картины - и каждый смотрящий на них".


Когда я впервые столкнулась с его творчеством, я знала, что он выдающийся художник своего времени. Я смотрела на его работы через призму всемирного признания. Но я не сразу поняла суть его живописи. Ясно было, что это сильно на меня действует. Но почему?
Я попробовала остаться с его картинами один на один. Просто цвет, волшебным образом подрагивающая на холсте краска. Потом пришло ощущение вечности, покоя, но вместе с тем и поток информации, который вне сознания, но зато  подсознание принимало и понимало это безоговорочно.  
Я увидела в них все: мировые войны, боль, страх, тишину, смерть, любовь, рождение, счастье, мечту. 
Каждое полотно рассказывает совершенно разную историю, и воспитывает удивительную тонкость восприятия, чтобы глядя на них не сказать "И все? Я тоже так могу."
Он был таким нервным в своей работе. Все время всем недоволен, хотел большего, чем просто успеха, денег, выставок. Хотел глубокого поражения своим творчеством. Слез радости и боли. 
А теперь представьте, насколько нужно быть гениальным, чтобы проделывать все это со зрителем, не используя ни линий, ни образов, только цвет...?
Марк Ротко для меня инъекция против посредственно восприятия творчества, против безвкусия, банальности, глупости в искусстве. Своеобразная точка отчета, или наоборот... точка, куда ведут все пути. 

Серия постов: "Живопись, которая меня впечатлила"
№1 - Edward Munch - Танец жизни
№2 - Lora Zombie - Немного смерти, немного любви
№3 - Камиль Коро - Орфей ведет Эвридику через царство мертвых
№4 - IVAN SLAVINSKY - "Master of time"
№5 - Аруш Воцмуш - "Хватит сидеть дома..."

Добавить комментарий Сообщить о нарушениях Распечатать эту статью Поделиться на Facebook См. оригинал статьи
Вернуться к Избранному в категории Logo Paperblog

Добавить комментарий